Духовная литература для ищущих Бога — Главная

Книга Владимира Антонова "Бог говорит. Книга 2. Божественные Учителя — о Себе"

Главная > Книги > Бог говорит. Книга 2. Божественные Учителя — о Себе > Карас

Заказать книгу
"Бог говорит. Книга 2. Божественные Учителя — о Себе" >>>

Содержание

Вступление

Аватары — Дэвид Копперфильд

Иглестформ

Сакрал

Саркар

Дэвид Копперфильд

Йамамуто

Божественный Император древней Японии

Йамамата

Борец

Анни Безант

Даниш Леди-Гуд

Хуан Матус (дон Хуан)

Хуанито

Хенаро

Сильвио Мануэль

Игл

Птахотеп

Элизабет Хейч

Ушастик

Хуан-Ди

Хуань

Хань

Кришна

Чайтания

Бабаджи

Лахири Махасаи, Юктишвар, Йогананда

Сатья Саи

Кайр

Гранд-Мастер суфизма

Сулия

Божественный Имам

Карас

Лао

Майда

Тчьяо Ли

Ким

Линь

Ясин

Ассирис

Нгомо

Мэньюл (Александр Свирский)

Анастасия

Сурья

Ясный Месяц

Василёк

Лада

Некрасов

Великан

Олег Суходольский

Радек Волынский

Игорь Высотин

Еремей

Православный Священник Всея Руси

Рада

Добрыня

Карл Росси

Пётр

Никифор

Óдин (Белый Финн)

Варфоломей

Боровик

Божественные Лютеране

Фреди

Пастор Лари

Божественный Финн

Иоанн Креститель

Апостол Матфей

Апостол Марк

Апостол Филипп

Апостол Андрей

Апостол Иоанн

Иисус Христос

Послесловие

Литература

Карас

— Я родился в последний раз на территории бывшей Ассирии. Подростком служил при храме, где поклонялись Солнцу как прародителю всего. Каждое утро мы проводили богослужения при восходе Солнца, встречая его появление из-за горизонта.

В этих богослужениях Я прислуживал жрецу, который их проводил. Но Я не принимал искренне эту веру, да и не пытался разобраться умом в её постулатах. Для Меня эта вера с присущими ей богослужениями была просто частью сложившихся каждодневных устоев жизни тех людей, среди которых протекало Моё детство.

… Но однажды в привычном для Меня течении событий возникло нечто новое — у нас появился чужестранец. Его интересовали рукописи, содержащие религиозные — именно эзотерические — знания. Ради поиска и сбора таких знаний он и путешествовал.

Он был принят с уважением. Во время застолья состоялась беседа его со жрецами. Он расспрашивал жрецов о местной вере, а также рассказывал о своих взглядах и о вере, исповедуемой в тех краях, откуда он прибыл.

Я, как прислужник, имел возможность сидеть поблизости и слушать эту беседу. Его рассказ захватил Меня. В отличие от наших жрецов, он не был догматиком, слепо следующим вере, доставшейся от предков. Он не боялся сравнивать разные взгляды, подвергать что-то сомнению, делать самостоятельные выводы. В его вере и в нём самом было что-то живое — в сравнении с местными жрецами.

Услышанная беседа зародила во Мне искренний интерес к знаниям и практикам той традиции, о которой он рассказывал. Мне очень сильно захотелось последовать за ним — чтобы получить все эти знания. Я упросил его взять Меня с собой в качестве слуги.

Так я попал к суфиям…

… Самое главное, что "случилось" со Мной на начальном этапе обучения у суфиев — это раскрытие духовного сердца. Я стал жить сердцем — и весь мир для Меня совершенно изменился! Вся Моя жизнь наполнилась любовью, которой Я не знал ранее!

Для раскрытия духовного сердца в суфизме применялся приём, схожий с тем, что использовали в то время и христиане-исихасты. Надо было, оставив все остальные мысли, повторять — с любовью к Аллаху — молитву, призывающую Аллаха в своё духовное сердце. И в грудной клетке, в чакре анахате, через какое-то время появлялось ощущение возрастающего блаженства, свидетельствующего о том, что Аллах молитву принял.

Познав и затем закрепив это состояние, мюрид51 мог уже именно жить в нём, а не только испытывать его во время молитвы.

Затем мюрида учили, что, поскольку Аллах велик, — то и любовь к Нему должна быть велика.

Причём, если любовь к Аллаху растёт, то с какого-то момента ей уже не вместиться в человеческой грудной клетке. Тогда любовь вполне естественно выходит, изливается за пределы грудной клетки. Помочь здесь также мог приём расталкивания руками сознания стенок анахаты изнутри — чтобы впервые ощутить себя как сердце-любовь размерами больше тела.

Мюрида учили разливаться любовью как можно шире: Аллах есть везде, поэтому и любить Его нужно во всём пространстве вокруг!

Разливаясь так любовью и живя в этом состоянии, мюрид постепенно отвыкал ощущать себя телом.

Он жил теперь любовью к Аллаху, и ощущение бытия Аллаха во всём постепенно вытесняло ощущение бытия собственного отдельного "я".

И когда отдельное "я" исчезало совсем — оставался лишь Аллах.

… Но мы обучались не только медитации. В суфизме существует правило: мюрид в процессе своего обучения должен развиваться по многим направлениям, в т.ч. постигать то мирское ремесло, которым владеет его шейх. Попав в дом Мастера, Я начал обучаться искусству ковроткачества.

Ковры, сотворённые Моим Мастером, высоко ценились горожанами. Считалось, что ковёр, купленный в нашей мастерской, приносит в дом счастье и радость. Эти ковры действительно имели такую волшебную силу, потому что создавались Мастером как янтры.

На первых порах Я, как и другие ученики, осваивал саму технику ковроткачества. А затем мы стали практиковаться в ремесле, повторяя узоры, созданные Мастером.

Я любил подолгу оставаться в мастерской и наблюдать за Его работой. Для Него ковроткачество было не просто ремеслом: Он не ткал, Он творил ковры! Я видел, как искусно Мастер подбирает цвет нити, перебирая множество оттенков золотого, бордового, нежно-голубого… Каждый сотворённый Им ковёр был… объяснением в любви Творцу! Казалось, Он ткал любовь…

Я пытался копировать Его и подолгу засиживался в мастерской за работой.

… Однажды вечером Я заметил, что Мастер стоит за Моей спиной и наблюдает за тем, что Я делаю. Я смутился…

— Ты пытаешься умом сочинять любовь… А ведь она живёт в сердце! Зажги в сердце любовь к Аллаху — и тогда руки без устали будут творить красоту во славу Аллаха!

… Я внял наставлениям Мастера, и в Моих коврах затеплилась любовь. Но все же Мои работы были совсем не похожи на ковры Мастера. Я тогда попросил у Него совета, и Он сказал:

— Твои ковры — хороши. Но истинная Красота живет глубже. В глубине расширенного духовного сердца Ты найдешь неиссякаемый Источник Красоты! Там — живут звонкие краски радости! Нити, берущие начало в глубинах развитого духовного сердца, переливаются всеми оттенками любви! Картины, увиденные там, живыми цветами распустятся и весенними птицами запоют на твоём ковре! Делай так — и тогда Сам Аллах твоими руками будет творить Красоту во славу Свою!

Обучение ковроткачеству теперь для Меня очень гармонично стало сочетаться с обучением медитации. Всякий раз, создавая ковёр, нужно было соединять свои руки сознания с той глубиной, которая была освоена, — и из этой глубины творить. И тогда глубинный Свет, с которым было соединено сознание, преломлялся в рукотворную красоту.

Конечно, далеко не все ученики становились Мастерами. Большинство способно было освоить лишь само ремесло ковроткачества. Обучение было построено так, что не всякий мог догадаться, в чём состоит истинное мастерство, в чём его секрет. Но тот, кто разгадывал этот секрет, поднимался на следующую ступень, превращая ремесло ковроткачества в искусство ковротворчества…

— Извини, пожалуйста, Карас: Твоё описание методов постижения Аллаха мне не представляется достаточным. Если следовать пути, который Ты обрисовал, то мюриды, скорее всего, не находили Обитель Творца, но "кристаллизовали" сознания в том любом из эонов многомерного пространства, который был для каждого из них в то время наиболее удобен, наиболее привычен для пребывания в нём. Для того же, чтобы познать Творца, нужны методы утончения сознания и хотя бы общие представления о многомерной структуре пространства и способах пересечения границ между ними. Ведь Творец — это Наитончайшее из всех сознаний!…

— Да, ты прав. И Я хотел сказать об этом чуть погодя.

Да, утончение сознаний не должно и не может совершаться на фоне "убойного"52 питания.

Также ты абсолютно прав в том, что контроль своих эмоциональных состояний — с категорическим отказом от любых грубых его проявлений! — есть неотъемлемая часть любых духовных стяжаний.

Также — красота Мироздания, нашего общего дома, созданного Аллахом! — сонастройка с этой красотой, отражающей и красоту Творца, — всё это тоже практиковалось.

И те ученики, которые это не могли сразу "взять", из интенсивного обучения исключались, их переводили как бы "на второй план". И они, при их желании, при Школе оставались, им поручались разные хозяйственные дела. В суфизме это называется "стоянка". Она может занимать года. Потом те ученики снова подключались к эзотерическим практикам, если того желали и если на то была Воля Аллаха.

Но Я ещё не сказал о самом главном.

Мой Мастер был настоящим шейхом, знающим искусство воспитания… Но было в Моей жизни и ещё одно великое событие, Мой Мастер, когда счёл Меня готовым, привёл Меня к Божественному Имаму…

… Вы ведь шли иначе… При вас не было воплощённого Аллаха… Вы — сами себе путь "пробивали"… Задумка Наша здесь была как раз в том, чтобы ты смог собрать именно исчерпывающую совокупность духовных знаний…

Но бывает и иначе… — когда духовную стезю со всей ярчайшей очевидностью указывает, как однажды высказался Мессия Иса53, Лоза — воплощённый Представитель Аллаха, воплощённая Часть Творца.

… Я хотел бы теперь сказать о Великом Учителе — Божественном Имаме.

Это был чудесный дар Аллаха: видеть Его, Который воплотился в тело!

Любовь, к Тому, Который стал Одно с Аллахом, — не знает пределов и не имеет границ!

Я видел Проявление Аллаха на Земле! Я видел Сына Единого, надевшего плоть, но не ставшего плотью!

Я знал теперь, что Возлюбленный Господь — достижим, что возможно растворение во Всемогущем! Ибо видел это, явленное через Учителя.

Стоило Ему коснуться сердца, устремлённого к Аллаху, — и оно вспыхивало, подобно маслу в лампе, огнём, излучающим Свет Любви!

Он учил: сердце, наполненное Любовью, не имеет дна. И предлагал погружаться в Его собственную Бездонность


51 Ученик суфизма.

52 Т.е. включающего блюда, изготовленные из тел убитых животных.< /p>

53 Арабское произношение имени Иисус.

 
 

[Главная] [Монтажная пена, Все для кондитера] [Контакты] [Книги]